воскресенье, 10 февраля 2013 г.

Демократия. Начало.




Как известно, цивилизованная Европа крайне мала размером, и места в ней не хватает очень давно. В 1492 году Христофор Колумб открыл Америку, и европейцы сразу потянулись обживать ничейные земли. Сперва, понятно, туда послали ветеранов горячих точек – людей типа Кортеса и Писсаро, с разбегу уничтоживших империи инков и ацтеков. Потом туда сослали в работы нежелательный элемент – уголовников, должников и прочую сволочь. Именно эти люди закладывали основы благосостояния Европы. Для многих открытие, но не только в кровавом СССР строили Беломорканал руками заключённых, европейские традиции значительно древнее и богаче наших.

Быстро выяснилось, что рабочих рук в новом свете не хватает. Практически сразу было найдено решение: закупать негров в Африке. Цивилизованные европейцы в мгновение ока наладили работорговлю. Многим кажется, что крепостное право – сугубо русское изобретение, ибо у нас тут, как известно, страна рабов, а в Европе – наоборот, царство свободы. Дедушку Маркса никто не читал, а потому граждане не в курсе, на что способен честный европейский предприниматель ради хотя бы ста процентов прибыли. Ну, не говоря про триста.





Европейские барыги отчаянно нуждались в рабах. Прибрежные африканские негры мигом сообразили, что с этого можно изрядно нажиться. Прибрежные негритянские государства мигом милитаризовались и поставили отлов, перегон и продажу чернокожих братьев на промышленную основу. Войсковые подразделения нападали на соседей и брали их в плен, конвойные подразделения гнали пленных на побережье, на побережье строились концентрационные лагеря, где пленных в нечеловеческих условиях содержали до прибытия покупателей. Никто не считал, сколько негров было убито при захвате населённых пунктов, а ведь тамошние жители отчаянно защищали себя, своих жён и детей.


Никто не считал, сколько человек убили во время рейдов, сколько человек умерло при этапировании на побережье – мужчин, женщин, детей. Никто не считал, сколько умерло в концентрационных лагерях. По самым скромным прикидкам – не менее половины от общего числа рабов. И если через океан – опять таки, по самым скромным прикидкам, отправили не менее 12 миллионов человек, то в Африке невидимая рука рынка уничтожила тоже 12 миллионов человек. Так закладывался финансовый базис для индустриализации свободной Европы.





Торговля была налажена рационально, по-европейски: из Европы в Африку везли товары народного потребления (бусы, тряпки, лопаты, грабли), из Африки в Америку везли рабов, из Америки в Европу везли сырьё для европейской промышленности, а так же добытое серебро и золото. Именно этот треугольник – война, рабы, сырьё – и обеспечил благосостояние демократических стран. Ну, теперь-то зачем об этом вспоминать – сейчас как никогда актуальны рассказы про коммунистический ГУЛАГ и недопустимость существования построенной рабами России.

Процесс транспортировки негров в Америку был непрост. За право торговать рабами бились ведущие европейские державы: Португалия, Британия, Дания, Франция. Скорость перевозки зависела от погоды и от технического прогресса: если в шестнадцатом веке корабли шли по шесть месяцев, то в девятнадцатом веке успевали за шесть недель. Негров на корабль старались набить как можно больше, кормить и поить их старались поменьше. Естественно, на кораблях бушевала дизентерия, в тесных трюмах всякая зараза распространялась мгновенно. А цивилизованные европейцы, конечно же, страховали своё новое имущество от различного ущерба и даже не случай смерти. Поэтому наиболее сообразительные работорговцы часть негров в пути убивали и выкидывали за борт, дабы не возить лишнего и получить страховку.





Большинство негров считало, что их продают на съедение людоедам. Собственно, они не знали, что их ждёт впереди, иначе к людоедам побежали бы сами. Многие предпочитали заморить себя в пути голодом, отказывались от еды и тихо умирали в трюмах. Таких, понятно, выявляли и кормили насильно. Те, кого выводили на палубы, по одиночке и группами прыгали за борт. Наиболее отчаянные поднимали восстания, которые беспощадно подавляли работорговцы. В нечеловеческих условиях по самым скромным подсчётам заморили от двух до четырёх миллионов человек.

По прибытии в Америку негры попадали в очередные концентрационные лагеря, где их обламывали перед продажей плантаторам – ну, как укрощают необъезженных лошадей. В ходе этих воспитательных мер гибла примерно треть прибывших негров, а вот оставшихся уже продавали плантаторам. В Америке были и местные жители, индейцы, которых тоже немедленно обратили в рабство. Но индейцы массово перемёрли от занесённых европейцами инфекций, а оставшихся европейцы планомерно уничтожали. Говорят, только в долине реки Миссисипи обитало 20 миллионов индейцев, от которых не осталось практически никого. А вот с неграми ситуация складывалась несколько иначе, и поэтому на плантациях работали они. Основные направления деятельности – выращивание хлопка, сахарного тростника и табака.





Поскольку речь идёт о цивилизованных европейцах, всё это происходило на сугубо законных основаниях. На законных основаниях покупали, на законных основаниях продавали. Само собой, жили и работали негры – ну, те, которым повезло выжить – тоже строго по европейским законам. На плантациях закон представляли плантаторы. Например, если с точки зрения плантатора негр вёл себя неправильно, к нему принимались меры воспитательного характера. В первую очередь применялась публичная порка кнутом. Если непокорного негра запарывали до смерти – это было абсолютно нормально и сугубо законно. Пороли ведь за дело и по закону.

За попытку покинуть расположение плантации без увольнительной записки – порка кнутом. За первую попытку побега и отсутствие в течение 20 дней – публичная порка кнутом. За рецидив, то есть за повторный побег — выжигание на лице клейма. За третью попытку побега и отсутствие в течение 30 дней – отрезание ушей. А за четвёртый побег – кастрация. Наиболее строгие плантаторы уже за первый побег карали смертной казнью. Неграм было законодательно запрещено поднимать руку на белого. Негр не мог защищаться от побоев даже в порядке самообороны.





Каждые две недели в жилищах негров по закону проводились обыски на предмет выявления колющего-режущего и наворованного добра. Например, еды. Кары за воровство были всё те же – порка, клеймение, отрезание ушей и носов, кастрация и смертная казнь. Рабам запрещалось работать за деньги, запрещалось сажать для себя огороды, запрещалось содержать животных, владеть лодками, запрещено было продавать и покупать что бы то ни было. Одеваться негры должны были не как хотят, а строго в негритянскую одежду – то есть в то, во что разрешал одеваться хозяин.

Там, где не действовали законы, действовали европейские культурные традиции. В древней Греции граждане Спарты проводили криптии – ночные вылазки, в ходе которых свободные спартиаты физически уничтожали непокорных рабов-илотов. Так и в Америке социально-активные граждане собирались по ночам и убивали беспокойных негров. Таким образом с помощью террора поддерживали дисциплину и порядок, в зародыше подавляя любое недовольство и сопротивление.





Законы не оставляли без внимания и белых. За укрывательство беглого негра – год тюрьмы или штраф тысяча долларов. Любой заметивший беглого негра белый был обязан по закону задержать его и покарать. За попытку продать негру алкоголь – полгода тюрьмы. За попытку научить негра писать и читать – полгода тюрьмы или денежный штраф. За попытку незаконно выписать негру увольнительную или бумаги об освобождении – порка и принудительное выселение с территории штата. Рабовладельцы, отказывающиеся подчиняться рабовладельческим законам – по закону же лишались своих рабов.

Нетрудно догадаться, что всех симпатичных негритянок постоянно насиловали белые плантаторы. У большинства были отличные гаремы, где они развлекались сексом сами и приглашали принять участие соседей. Дети, которых рожали негритянки от белых плантаторов, кстати, тоже оказывались рабами. Само собой, никакой личной жизни у негров не было. Например, плантаторы были серьёзно заинтересованы в том, чтобы улучшать породу и усиленно вели над неграми евгенические работы, скрещивая самых здоровых и работящих. Так что когда ты смотришь на здоровенных чёрных парней типа 50Сента – это привет от американских рабовладельцев.





Естественно, при таких раскладах негры замыкались внутри своей негритянской диаспоры. Своя религия, свои песни, свои пляски и даже свой язык, так называемый эбоникс. Все эти нигга, финга, маста – это примерно как у нас «эээ, зачем так дерзко сказал?» То есть это как русский язык, исковерканный приезжими. Любителей такого у нас пока что нет, но вот повадки негров-уголовников у нас уже копируют старательно.

Кстати, рабство держалось не только на законах, но и на христианской вере. Все приличные люди читали Библию, а там чёрным по белому написано про Ноя и его сыновей – Сима, Хама и Яфета. Как-то раз Ной выпил лишнего и отдыхал без штанов, а Хам увидел папу в непотребстве и позвал братьев приколоться. Братья прикалываться не захотели, а папа Ной проспался и сообщил, что потомки Хама навечно будут рабами рабов у братьев его. От Сима пошли, как нетрудно догадаться, семиты, то есть евреи и арабы, от Хама – хамиты, то есть негры, а от Яфета — яфетиды, то есть европейцы.

Таким образом, рабство узаконено в Библии и с точки зрения верующих американцев дело сугубо богоугодное. А любой, кто выступал против библейских заветов, с точки зрения американских христиан выступал против бога и потому заслуживал смерти. Это касалось и касается, к примеру, всех безбожников-коммунистов.





Естественно, века рабства и презрительного отношения к рабам из сознания нации не выветривается веками. Кстати, даже я помню фотографии американских реалий в газете «Правда», с табличками на скамейках «только для белых». А ведь я по историческим меркам не очень давно живу. Негры подобные вещи тоже отлично помнят. Помнят, к примеру, как пленных немецких нацистов кормили в ресторанах только для белых, а конвой из военных американских негров держали голодным на улице. Помнят, как негр был обязан уступать белому место в транспорте. Помнят, как негр обязан был при виде белого снимать шляпу. Они всё помнят.

Мало чем можно оскорбить негра сильнее, чем назвав его совершенно безобидным словом boy, то есть мальчик. Или назвать негритянку словом girl. Русским-то очевидно, что ничего обидного в этих словах нет. А вот в США за такое обращение можно и по рылу выхватить. Для русских и слово ниггер, то есть черномазый, не кажется обидным. А в США за такое могут и убить. Наши интеллектуалы воспринимают все чужие слова как смешные сочетания звуков, не понимая смысла – что характерно для интеллектуалов. Как только видишь гражданина, угорающего над американской политкорректностью – знай, перед тобой интеллектуал.

via



Зарабатываю на smmka.ru





Японские русалки
Удивительные обитатели Белого моря
Злобный троль 800-го уровня
Обитательницы богатых домов
Упс.
Вот и сказочки конец
Английский художник Henry H.Parker(1825-1896).
Вот оно как, Михалыч!
20 психологических фактов, которые вы не знали о себе
Кошка-рыболов.



Комментариев нет:

Отправить комментарий